Единственное море на планете, у которого нет ни одного берега. И единственное, в которое не впадает ни одна река.
Все моря чем-то ограничены. У Средиземного — три континента, у Чёрного — берега шести стран, у Красного — Аравийский полуостров и Африка. Даже самые открытые из них где-то упираются в сушу.
Саргассово море не упирается никуда. Оно лежит посреди Атлантического океана, между Америкой и Африкой, и его границы — не земля, а вода: четыре океанских течения, замкнутых в кольцо.
Внутри этого кольца — примерно 1 100 километров в ширину и 3 200 в длину. Площадь сопоставима с половиной Европы. И ни метра берега.
Границы из течений
Кольцо составляют четыре потока Северо-Атлантического круговорота.
С запада — Гольфстрим, идущий от Флориды на север. С севера — Северо-Атлантическое течение, продолжение Гольфстрима, уходящее к Европе. С востока — Канарское течение, спускающееся вдоль Африки на юг. С юга — Северное пассатное, возвращающееся к Америке.
Круг замыкается. Вода внутри него вращается медленно, по часовой стрелке, и почти не обменивается с окружающим океаном.
Именно поэтому у Саргассова моря есть чёткие физические границы, хотя вокруг сплошная вода. При пересечении меняется всё сразу: цвет, температура, прозрачность, состав планктона. Моряки замечают это без приборов.
Почему сюда не впадают реки
Это самый частый вопрос про Саргассово море — и ответ у него простой до обидного.
Реки впадают в моря, которые касаются суши. Саргассово море суши не касается вообще: ближайший берег — Бермудские острова, крошечная точка внутри акватории, и даже там нет ни одной постоянной реки.
Из этого следует главное свойство: сюда не поступает ни пресной воды, ни речного ила, ни континентального стока. Отсюда — рекордная для Атлантики прозрачность: видимость под водой достигает шестидесяти метров, и вода имеет глубокий синий цвет, который в других частях океана встречается редко.
По той же причине здесь выше солёность — 36,5–37 промилле против средних 35 по Атлантике: испарение работает, а разбавлять его нечем. О том, где солёность доходит до крайних значений, — в статье «Самое солёное море в мире».
Плавучий лес
Название морю дали водоросли — саргассы, Sargassum natans и Sargassum fluitans.
Это единственные крупные водоросли в мире, которые проводят всю жизнь в открытой воде и никогда не прикрепляются ко дну. Они не имеют корней, размножаются делением прямо на плаву и держатся у поверхности за счёт крошечных пузырьков-поплавков, похожих на виноградины. Португальские моряки увидели в них сходство с сортом винограда sargaço — отсюда и имя.
Водоросли сбиваются в поля и полосы длиной в километры. Сверху это выглядит как луг, разлитый по океану.
Христофор Колумб описал их в 1492 году. Его команда, увидев впервые «луга» посреди океана, решила, что земля близко — и ошиблась примерно на две тысячи километров.
Кто в этом лесу живёт
Плавучие поля — полноценная экосистема, у которой есть собственные эндемики. И почти все они замаскированы под водоросли.
Саргассовый морской клоун (Histrio histrio) — рыба, которая выглядит как кусок водоросли с глазами: те же цвета, те же отростки, та же неровность контура. Плавает плохо, зато умеет «ходить» по зарослям, цепляясь грудными плавниками, как руками. Охотится из засады и заглатывает добычу за шесть миллисекунд — один из самых быстрых бросков в мире рыб.
Саргассовая креветка и саргассовый краб — те же приёмы маскировки, тот же адрес.
Молодые морские черепахи. У биологов есть термин «потерянные годы»: черепашата, вылупившись на пляжах Флориды и Карибов, уходят в океан и пропадают из виду на несколько лет. Оказалось, что проводят они их именно здесь — в саргассовых полях, где есть и еда, и укрытие от хищников.
Загадка, которую не разгадали до конца
Самая известная история Саргассова моря — про угрей.
Европейский речной угорь живёт в реках и озёрах Европы — от Испании до Скандинавии, включая бассейны, впадающие в Балтику и Средиземное море. Взрослея, он отправляется на нерест. И плывёт ради этого через всю Атлантику — шесть тысяч километров, — чтобы отнереститься именно в Саргассовом море.
Личинки, прозрачные и плоские как листики ивы, подхватываются Гольфстримом и дрейфуют обратно к Европе от одного до трёх лет. У берегов они превращаются в «стеклянных угрей», заходят в реки и поднимаются вверх по течению, иногда преодолевая пороги и плотины по мокрой траве.
Американский угорь делает то же самое, но с другой стороны Атлантики — и нерестится в том же море, в соседнем секторе.
Механизм открыл датский биолог Йоханнес Шмидт: с 1904 по 1922 год он ходил по Атлантике и ловил личинок, отмечая, где они мельче. Чем меньше личинка, тем ближе к месту нереста. След привёл в Саргассово море.
И вот деталь, от которой эта история становится по-настоящему интересной: нерест угрей в природе до сих пор никто не наблюдал. Ни один взрослый угорь не был пойман в Саргассовом море в момент размножения. Есть спутниковые метки, доводящие рыб до подходов к акватории, есть личинки, есть неоспоримая математика — но самой сцены не видел никто.
Столетняя загадка, которая всё ещё открыта.
Море, которое стало заметно из космоса
С 2011 года у Саргассова моря появился новый сюжет.
В тропической Атлантике — южнее исторической акватории — начал формироваться так называемый Большой атлантический саргассовый пояс: полоса водорослей, которая в отдельные годы тянется от Западной Африки до Мексиканского залива и весит миллионы тонн. Её видно со спутников.
Причины обсуждаются: вынос питательных веществ Амазонкой, изменения ветров и температуры поверхности, апвеллинг у Африки. Для карибских пляжей это стало проблемой — водоросли выбрасывает на берег тоннами. Для океанологов — поводом изучить саргассы куда внимательнее, чем за все предыдущие столетия.
Само же Саргассово море при этом остаётся тем, чем было: медленно вращающимся синим кругом воды, у которого нет ни одного берега.
Кстати, о треугольнике
Знаменитый Бермудский треугольник почти целиком лежит внутри Саргассова моря. Штиль, неподвижная вода, поля водорослей до горизонта и полное отсутствие ориентиров — идеальный набор для рождения легенды.
О том, как эта легенда собиралась и что показали проверки, — в статье «Бермудский треугольник: как рождаются легенды».
